МАТЕРИАЛЫ ВЫСТУПЛЕНИЙ НА КОНФЕРЕНЦИЯХ КЛУБА,

предоставленные их авторами, публикуются в хронологическом порядке, начиная с новейших.

    Радионова Н.С.  

 

 

Воспоминания об эсперанто-движении конца

50-х – начала 60-х годов прошлого века

 

 

   О нашем языке я впервые услышала в 1954-м году во время лекции по органической химии. Наш преподаватель, Пётр Семёнович Патрикеев, только упомянул искусственные языки, и среди них - наиболее распространённый – эсперанто. Это меня очень удивило и надолго застряло в голове.

 

   По окончании химического техникума (1956г.) я приступила к работе в Научно-исследовательском институте геохимии и аналитической химии. В том же году, к ноябрьским праздникам, появилась стенгазета, в которой, среди прочего, была заметка об эсперанто и о том, что инициативная группа московских эсперантистов направляет в наш институт опытного преподавателя. Действительно, в декабре 1956-го в институте прошло первое собрание, посвящённое началу эсперанто-курса. К сожалению, я на собрании не присутствовала, но уже в январе 1957-го начала регулярно ходить на занятия. Наш преподаватель языка, Станислав Фомич Далидович, был опытным эсперантистом и хорошим учителем. Он даже получал зарплату.

 

   В нашей группе обучаться языку начали около 20 чел., а к концу занятий остались только трое, хотя учитель любил повторять, что «эсперанто – берёзовая роща, залитая солнцем». Через учителя мы узнали, что в начале лета в Москву приедет из Эстонии Александр Сиитам, который будет обучать языку Че-методом. И мы снова стали учениками. Новый курс посещали многие, в том числе молодые люди, т.к. вскоре предстоял Всемирный фестиваль молодёжи.

 

   Чтобы лучше подготовить нас к встречам с иностранцами, более взрослые и опытные эсперантисты решили организовать несколько небольших групп для разговорной практики. Нашей четвёркой (иногда пятёркой) руководил Н.Ф. Дановский. В группу кроме меня входили Лев Вульфович, Анатолий Гагарин и Лидия Антоновна Цветкова (та самая, что организовала наш институтский курс). Прочими группами руководили Н.Н. Рытьков и другие опытные эсперантисты. Еженедельно мы вместе прогуливались то по центральным улицам, то по городским паркам, то по зоопарку, и сообразно беседовали, овладевая эсперанто-речью. К сожалению, наш КГБ не позволил мне находиться в Москве во время фестиваля, но от единомышленников я услышала удивительные вещи.

 

   Во время осеннего сезона молодёжная инициативная группа наладила встречи в МАДИ, в котором через какое-то время организовалось молодёжное общество “Fajero” /«Искра»/, членом которого вскоре стала и я. Там мы впервые увидели Токарева – стройного молодого человека, овладевшего эсперанто, читая со словарём 3-томный роман Пруса «Фараон». К сожалению, у нас тогда ещё не было собственных словарей (они были лишь у немногих эсперантистов), и я решила просто «создать» личный словарь. Я часто сидела в Библиотеке иностранной литературы и вручную собирала свой словарь из двух ранее изданных словарей Суткового и Сахарова. Сделав собственный словарь, я уже могла читать эсперанто-литературу.

 

   Вероятно, уже со следующего сезона начались многочисленные общие эсперанто-мероприятия. Например, Иван Владимирович Сергеев снял речное судно, и более ста московских эсперантистов путешествовали на нём по окрестностям Москвы. Впервые с 1937г. старые и новые эсперантисты собрались такой массой. Вероятно, в это же время (1958г.) был организован первый подмосковный эсперанто-лагерь в парке «Лосиный остров». (Не помню точно, сколько человек участвовало, - возможно, 12, - как было организовано питание, но мы жили там и практиковались в языке 2 недели.)

 

   Через какое-то время мы получили возможность проводить собрания в Доме учителя. Тогда ещё были живы С. Сарычев, Ховес, Дешкин, Серышева, Никитина, Долгих и другие. С интересными лекциями и сообщениями на наших собраниях часто выступали Е.А. Бокарёв, И.В. Сергеев, К.М. Гусев, Ф.Ф. Станешников, Е.Т. Сальников и, конечно, завсегдатай наших встреч, приветствуемый за его прекрасное произношение, познания в лингвистике и ораторское остроумие – Н.Н. Рытьков. В Доме учителя мы праздновали 100-летие Заменгофа. В этом же доме, благодаря сёстрам Острожниковым, хорошо и долго работала эсперанто-библиотека, а позже были курсы для переводчиков под руководством Н.Ф. Дановского. (Позже появились машинописные альманахи с моими эсперантскими переводами.)

 

   В это же время в летние периоды стали действовать прибалтийские эсперанто-лагеря.

 

   Тем временем, благодаря необычайной активности Е.Т. Сальникова, для проведения наших собраний была предоставлена небольшая гостиная в Доме медработников, который на многие годы превратился в истинный «Дом эсперанто» Москвы. Там помимо выступлений наших знатоков осуществлялись программы изящных искусств, происходили встречи с многочисленными гостями. На наших собраниях часто бывали гости из Коломны, ведомые Ефимом Зайдманом. Летом мы вместе с коломенцами путешествовали по Подмосковью. Наши походы иной раз длились 12 дней (с палатками и кострами). Теперь мы уже имели возможность выписывать эсперанто-периодику в любое время.

 

   Примерно в 1960г. В. Злотникова под руководством Бокарёва защитила филологический диплом по эсперанто. В своей работе она показала, что в эсперанто используется 80% латинских корней.

 

   И вот подошёл 1963г., когда уже многие наши эсперантисты смогли впервые принять участие во Всемирном конгрессе. В этом году конгресс благополучно прошёл в Софии, куда от нашей страны была делегирована довольно большая группа (ок. 30 чел.). Мы участвовали в общих заседаниях, в ходе которых выступали видные эсперантисты, и в экскурсиях (по паркам, на гору Витош, в монастырь Рила).

 

   В 1965г. не очень большая группа наших эсперантистов выезжала на Европейскую эсперанто-конференцию в Вене. В этой группе был Н.Н. Рытьков, который остался за границей и иногда выступал в качестве диктора БиБиСи.

 

   В 1966г. мы принимали участие в довольно большом путешествии по загранице – сначала на молодёжный конгресс в Фече, а затем на Всемирный конгресс в Будапеште. Возвращаясь из Будапешта, во Львове я встретилась с Галей Станешниковой и Валей Борисовой. Оттуда мы методом автостопа (а иногда и пешком или поездом) направились в молдавский лагерь, откуда возвратились домой также с помощью автостопа. В то время многие молодые эсперантисты таким же манером собирались в прибалтийские лагеря.

 

   Где-то в 1968г. Е.А. Бокарёв пригласил меня к себе домой и предложил участвовать в прояснении некоторых вопросов истории распространения эсперанто в нашей стране. Тогда я взяла печатные материалы на эсперанто, написала письмо В.Н. Серышевой, связалась со знакомыми наших знатоков и в результате собрала определённые сведения.

 

   Когда мы потеряли наш Дом медработников, мы перебрались в клуб /ДК/ завода «Каучук», где действовали и курсы для начинающих, и наш МЦЭК /Московский центральный эсперанто-клуб/, организованный А. Гончаровым и Л. Медведевым. Деятельность МЦЭК была напряжённой и интересной. Затем появились и другие места наших собраний – и Волхонка (клуб «Лев Толстой»), и «Радуга» на Дорогомиловской.

 

(Прочитано на эсперанто 30.11.2011)

*

 

   ПРИМЕЧАНИЕ: В ходе обсуждения доклада Радионовой демонстрировался недавно обнаруженный документ, запечатлевший момент возрождения организованной деятельности эсперантистов нашей страны, а именно Протокол №1 организационного собрания эсперантистов в помещении Института языкознания АН СССР (Волхонка, 18) от 28 января 1956г. Учитывая историческое значение находки, В.В. Самодай взялся опубликовать свой перевод протокола в редактируемом им журнале “Scienco kaj kulturo”, что и осуществил в № 1 за 2012г. Для нашего сайта им были любезно предоставлены следующие копии:

 

 

***

 

      Нистратов А.В.

 

 

ЧТО ДЕЛАТЬ С ПОЛИМЕРНЫМИ ОТХОДАМИ ?

 

 

 

Полимерные отходы – актуальная экологическая и экономическая проблема

 

   Искусственные полимерные материалы – химические продукты, состоящие из синтетических высокомолекулярных полимеров. Они используются во всех сферах человеческой деятельности, и доля их среди прочих веществ и материалов постепенно возрастает. Области применения полимерных материалов таковы: изготовление упаковки, строительный сектор, домашнее хозяйство, автомобилестроение, тяжёлая промышленность, сельское хозяйство и многие другие. Мировое производство полимеров в 2010 г. составило 250 млн. т. и возрастает в среднем на 5-6 % ежегодно. Их удельное потребление в развитых странах достигло 85-90 кг/чел. в год и продолжает увеличиваться. Все произведённые полимерные материалы после периода эксплуатации становятся полимерными отходами и нуждаются в утилизации.

   Утилизацией, или рециклом, называется любое повторное использование отходов. Хотя Россия по сравнению с развитыми странами мира имеет невысокий уровень производства и потребления полимерных материалов, образование отходов полимеров в России сегодня оценивают цифрой 1 млн. т в год. В состав бытовых полимерных отходов входят полиэтилен, полиэтилен-терефталат, ламинированная бумага, поливинилхлорид, полистирол, полипропилен. Среди них велика доля полимерных отходов тары и упаковки: в 2000 году масса их равнялась 0,3 млн. т, в том числе полиэтилентерефталата (бутылочного полимера) – 0,15 млн. т. В эти оценки не включено значительное количество промышленных полимерных отходов, самый распространённый из которых – полиуретан.

   Образование и накопление твёрдых отходов человеческой деятельности является общемировой проблемой из-за своих экономических и экологических последствий. Важной составной частью её является проблема утилизации разнообразных по строению и свойствам полимерных отходов, имеющих свои особенности. Хотя содержание отработанных полимерных изделий в бытовых отходах относительно невелико (около 7-8 % по массе), низкая плотность делает эти отходы хорошо заметными (около 18-20 % по объёму). По причине высокой стойкости к воздействию окружающей среды дан­ные материалы сохраняются в естественных условиях в течение длительного вре­мени.

   Учитывая такие свойства полимерных материалов, как высокая устойчивость к физической, химической, биологической деструкции и в то же время постепенное выделение токсичных соединений, проблема их утилизации имеет экологическое значение. Однако в настоящее время проблема переработки отходов полимерных материалов становится актуальной не только с позиций охраны окружающей среды. При дефиците органического сырья полимерные отходы становятся богатым материальным и энергетическим ресурсом, то есть важным экономическим фактором. Их повторное использование позволяет сократить использование естественных ресурсов, снизить выбросы в окружающую среду и уменьшить потребление энергии.

 

Существующие направления и методы утилизации полимерных отходов

   Полимерные отходы принято делить по источнику образования на отходы производства и потребления; вид отходов определяет варианты их утилизации. Полимерные отходы производства перерабатывают преимущественно по 2 направлениям:
   1) для производства того же продукта, при изготовлении которого образовался данный вид отходов, или аналогичного продукта;
   2) для изготовления менее ценных изделий.

   Гораздо большую проблему составляет утилизация полимерных отходов потребления из-за масштабов их образования, неоднородности состава и высокой степени загрязнения. Здесь можно выделить 3 направления утилизации в рамках материального или энергетического рецикла:

   1) механическая переработка с получением новых материалов того же химического состава;

   2) химическая или термическая переработка (деполимеризация или иные химические превращения) с получением сырья для промышленности;

   3) производство энергии, т.е. сжигание в качестве твердого топлива.

 

   Применяемые сегодня методы решения проблемы полимерных отходов представлены на следующей схеме.

 

Основные методы утилизации полимерных отходов

 

   Имеющиеся данные по уровню утилизации полимерных отходов в развитых странах свидетельствуют, что эти вторичные материальные или энергетические ресурсы в настоящее время освоены в незначительной степени. Соотношения утилизации и уничтожения полимерных материалов в составе твёрдых бытовых отходов в странах Европы в 1990-е годы показывают приоритеты в решении поставленной проблемы.

 

   В большинстве стран главным путём решения проблемы полимерных отходов остаётся захоронение – самый экологически неблагоприятный вариант, означающий безвозвратную потерю ценных материалов и энергии. Хотя полимеры и являются достаточно инертными компонентами мусора, они также постепенно разрушаются, выделяя опасные для живых организмов вещества, в том числе сверхтоксичные соединения (диоксины и фураны). Менее распространено сжигание отходов с утилизацией получаемой тепловой энергии. Но оно связано с необходимостью эффективной очистки дымовых газов от токсичных продуктов горения. И лишь малый вклад вносит материальная (механическая, химическая или термическая) переработка полимерных отходов, хотя методы этой группы оказывают наименьшее отрицательное воздействие на окружающую среду.

 

   Однако надо отметить, что доля рецикла полимерных отходов как вторичных материальных и энергетических ресурсов ежегодно возрастает. С одной стороны, в развитии направлений утилизации полимерных отходов по-прежнему преобладает их энергетический рецикл – сжигание с выработкой энергии. С другой стороны, существуют объективные предпосылки увеличения материального рецикла. Мощными стимулами развития системы рецикла полимерных отходов становятся законы, политические и экономические механизмы, принятые в развитых странах. Кроме того, себестоимость рецикла полимеров постепенно снижается.

 

   В России средний уровень сбора и переработки полимерных отходов не превышает 13 %. Наибольший уровень сбора и переработки достигнут для отходов полиэтилена – 20 %, полипропилена – 17 %, полиэтилентерефталата – 12 %, полистирола – 12 %, поливинилхлорида – 10 %. В то же время полимерные отходы производства практически не перерабатываются.

   Анализ данной информации приводит к следующим заключениям. Малая доля материального рецикла полимерных отходов в развитых странах по-прежнему указывает на остроту и актуальность рассмотренной проблемы. Даже при несомненном прогрессе качества и количества утилизации отходов можно говорить об огромном потенциале и перспективах альтернативных методов их утилизации. Один из таких эффективных методов будет описан мной далее.

 

 

Пиролитическая переработка полимерных отходов

 

   Альтернативных методов утилизации полимерных отходов существует множество, но я остановлюсь на одном, связанном с моей научной работой. Перспективным направлением переработки отходов полимеров является их пиролиз – процесс термического разложения органических материалов, проводимый в отсутствии кислорода и приводящий к образованию газообразных, жидких и твердых продуктов – углеродных материалов. Продукты пиролиза могут служить: 1) газообразным или жидким сырьем для промышленности органического синтеза; 2) газообразным или жидким топливом; 3) углеродными адсорбентами различного назначения.

 

   Таким образом, пиролитическое превращение – основной процесс переработки полимерных и полимерсодержащих отходов в углеродные адсорбенты (по-другому - активные угли). Активные угли – это высокопористые углеродные материалы, получаемые путём термической обработки углеродсодержащего сырья, включая органические твёрдые отходы. Они предназначаются для разделения и очистки газов, улавливания летучих органических растворителей, извлечения ценных компонентов из растворов, очистки сточных, оборотных вод и питьевой воды и во многих других областях. Надо отметить, что на основе полимерных отходов, по сравнению с другими видами твёрдых отходов, возможно производить наиболее качественные активные угли c пористой структурой, подходящей для очистки сточных вод.

 

 

Углеродные адсорбенты на основе полимерных отходов

 

   Альтернативные пути утилизации обеспечивают возможность получения из некоторых полимерных отходов ценной продукции (т.е. продуктов с высокой добавленной стоимостью), в частности, углеродных адсорбентов. Этот метод утилизации предусматривает двойную эколого-экономическую выгоду: во-первых, использование неутилизируемых пока отходов полимеров и, во-вторых, получение адсорбентов для решения как технологических, так и экологических вышеперечисленных задач.

   Об актуальности данного направления свидетельствует большое число публикаций в иностранной литературе. В нашей стране подобные примеры крайне малочисленны, и интерес к данному направлению только развивается. Перспективным полимерным отходом, который можно перерабатывать в углеродные адсорбенты, служит использованный полиуретан – химическая основа некоторых материалов для промышленности и строительства, волокон, клеев, лаков, герметиков.

   Университет им. Д.И. Менделеева, где я работаю, – одна из немногих отечественных организаций, занимающихся разработкой и исследованиями углеродных адсорбентов на основе полимерных отходов. В состав сырьевых композиций для приготовления активных углей по созданной нами технологии входят полиуретансодержащие отходы, серная кислота и торф или иной наполнитель. Названные полимерные отходы сходного химического состава могут быть представлены разными функциональными материалами: полиуретанполиамидная трикотажная ткань; литые полиуретановые прокладки; вспененный полиуретан (поролон); монтажная пена на основе полиуретана.

 

   Сравнительные испытания доказали, что образцы активных углей из такого вторичного сырья по качеству не уступают промышленным аналогам из первичного сырья, а по механической прочности даже их превосходят. Следовательно, эти углеродные адсорбенты в целом следует признать конкурентоспособными среди подобных разработок.

 

   Рассмотренный пример доказывает, что переработка неутилизируемых полиуретансодержащих отходов в углеродные адсорбенты для очистки жидких сред является экологически и экономически выгодным методом их утилизации. Согласно имеющимся исследованиям, этот метод может быть применён ко многим полимерным и полимерсодержащим отходам, с учётом их специфики в каждом конкретном случае. Дальнейшая разработка и промышленная реализация данного альтернативного метода утилизации полимерных отходов может внести существенный вклад в решение связанных с ними эколого-экономических проблем.

 

(Прочитано на эсперанто 01.06.2011. Перевод авторский.)

 

***

 

      Сиднева Л.Н.

 

 

О работе К.Э. Циолковского «Общечеловеческая азбука,

правописание и язык» (две публикации)

 

 

   Совершенно неожиданно для меня в музее К.Э. Циолковского в г. Ижевское Рязанской области обнаружилась любопытная работа: Общечеловеческая азбука, правописание и язык. – Калуга, 1927г. Мысль о необходимости ускорении прогресса общества для учёного, философа, совершенно естественно предусматривала ключевую роль языка - прежде всего для достижения взаимопонимания между людьми.

 

   Начинается эта работа такими словами: «Каждый человек должен быть проникнут высшими идеями, ведущими всех людей к счастью и совершенству. Таковы мысли о единении и братстве всех народов. Но какое может быть братство, если вследствие различия языков мы друг друга не понимаем!» Автор сделал попытку выработать такую общедоступную азбуку, которая, по возможности, была бы короче, а знаки предлагаемых гласных и согласных букв удовлетворяли бы большинство передовых народов. Это позволило бы печатать и записывать тексты так, как говорят, что само по себе облегчало бы запоминание и понимание других языков. Такой процесс освоения чужого языка напоминает запоминание и воспроизведение речи младенцами. Упростив и сделав таким образом доступнее усвоение всех языков, можно надеяться на естественное образование международного языка. «А может быть, - говорит автор, - конгресс народных представителей, по указанию избранных филологов, укажет на язык наиболее разработанный, который по соглашению и будет рекомендован, как всемирный».

 

   Из наиболее распространённых среди культурных народов «немецкий язык длинён, английский, кроме того, обременён труднопроизносимыми звуками. Как будто наиболее краток и упрощён французский. Ударение на последнем слоге ясно отделяет слова друг от друга. Притом он сроден и англичанам, и испанцам, и итальянцам, и многим другим культурным народам. Он же и очень распространён, будучи языком дипломатов».

 

   Существующий способ обучении иностранным языкам долог и дорог. Если же изображать иностранную речь доступным всем алфавитом, а во всякой родной книге небольшой процент простейших слов и фраз, хотя бы в скобках или надстрочно, переводить на изучаемый язык, а также прослушивать граммофонную запись для усвоения выговора, тогда и усвоение любого языка будет происходить без напряжения, незаметно. Ввиду того, что устный язык постоянно изменяется, несмотря на требования филологов, со временем отличие от письменного языка будет ещё более глубоким. Автор ратует за разумную орфографию, не затрудняющую письменную грамотность. 

 

   Говоря о национальных алфавитах, нельзя не заметить, что одинаковый буквенный знак ( например, y, u, x ) может произноситься по-разному. Приводятся примеры различного произношения одного и того же значка даже тремя-четырьмя различными способами. Или же наоборот, один и тот же звук обозначается на письме по-разному (c, x, z ).

   Кроме того простой или основной звук может письменно быть одной фигурой, двумя или несколькими (sch-ш; сh-x); напротив, сложный звук обозначается одним значком (j-дж; x-кс).

 

   Для того чтобы одна единая азбука давала ключ к чтению на всех других языках, автор предлагает свой вариант.

   Буквы бывают разновелики, что неэкономно по площади. Не выгодно и обилие знаков препинания; при наборе на пишущих машинах их можно заменить промежутками разных размеров согласно остановкам речи. Предлагается аннулировать заглавные буквы, дабы не удваивать размеры фигур.

   Обозначению цифр подобраны напоминающие их буквы.

   В азбуку включено всего пять основных нормальных гласных: а, о, у, е, ы. Они могут быть простые и ийотированные, ийотированные слабо или сильно. В таблице даны примеры слов, где гласные ийотированы либо спереди, либо сзади. Так в связи с ийотированием, всего гласных в итоге становится тридцать. Гласных, тянущихся голосами, только пять, остальные скорее могут быть названы полугласными, тем в большей степени, чем они ийотированы. На письме слабо ийотированные обозначаются тонкой буквой i без точки, спереди или сзади гласной. А сильная ийотировка будет обозначаться соответствующими двумя тонкими i без точек.

   В итоге для обозначения 30 звуков использоваться будут всего лишь 6 значков. Такое обозначение автор считает и натуральным и понятным.

   Для выражения согласных понадобилось 20 значков: 10 шумовых и 10 голосовых; мягкость согласных обозначается прибавкой краткого i (мать – матi), а в словах «печь» и «дочь» правильное произношение не требует даже этого значка.

 

   Автор не счёл нужным объяснять буквенное обозначение цифр, хотя в опубликованной год спустя работе он внёс в это существенные коррективы.

 

   Для нас, русских, незнакомыми из 27 знаков оказались 8 фигур (s, h, wи т.д.). Автором выражается надежда, что русские легко освоятся с незнакомыми фигурами. И иностранцы, читая написанное предлагаемым алфавитом на своём родном языке, сейчас же догадаются о значении незнакомых букв. Освоившись с ними, они правильно будут читать и говорить по-русски. При этом никакие правила и исключения орфографии не заставят ломать память и соображение, если читать как написано. Так мы будем понятны друг другу и легко, незаметно изучим общий язык [Мне, Л.С., неясно, что здесь автором названо «общим языком»].

 

   Главная цель статьи – дать наиболее простой, всем народам понятный и краткий алфавит для новой пишущей машины. Благодаря своему международному алфавиту машина будет пригодна для всех народов. Общий алфавит, распространённый по всему свету этими машинами, будет способствовать сближению народов и распространению языков.

 

  Вскоре, в 1928 году, была опубликована статья об обещанной пишущей машине. На обложке сборника список статей начинался крупными буквами написанным названием «Моя пишущая машина». По всему было видно, какое большое значение К.Э. Циолковский придавал факту производства и распространения пишущих машин с унифицированным алфавитом. В сноске приводились сведения заявочного свидетельства, выданного Комитетом по делам изобретений от 13 октября 1927 года за номером 19963.

 

   План машины и чертежи давались схематично, в сокращённом виде. Так, вместо 18-27 букв, на изображении – только три; вместо 20-60 стержней – только четыре. На чертежах №1 и №4 была представлена вертикальная проекция (вид спереди); на других, №2 и №3, перпендикулярная плоскость (боковой вид) машины; на каждом из стержней рамы имелся один и тот же алфавит. Этот особый общеевропейский алфавит состоял лишь из 18-27 букв согласно чертежу №6.

   Устройство машины позволяло сразу печатать до 10 букв. При хорошем навыке скорость набора могла превышать таковую при стенографической записи. Набранная строк из 50 знаков была видна полностью, что при необходимости позволяло незамедлительно вносить поправки.

   В случае уменьшения ширины стержней уменьшался бы и размер машины, хотя это потребовало бы использовать особые напёрстки при наборе текста.

 

  Несмотря на некоторые недостатки, преимущество машины в главном было несомненным – это её алфавит, понятный для многих народов. Единый алфавит близок к языку эсперанто, но выражает ийотированные звуки, которые плохо выражаются другими алфавитами. По сравнению с ранее предложенным изображением цифр здесь иными буквами заменены цифры 2, 3, 4 и 5.

   Однако несмотря на вышеизложенное, реализация проектов, вероятно, не встретила должного понимания обсуждаемых идей и необходимой поддержки в реализации планов. В Калужском музее космонавтики сомневаются в существовании на практике такой пишущей машины.

*

(Прочитано на русском 02.09.2004.)

 

   ПРИМЕЧАНИЕ: Интересующимся данным вопросом можно рекомендовать почитать сохранившиеся письма видного деятеля эсперанто-движения Д.С. Снежко к К.Э. Циолковскому с пометками последнего на этих письмах (http://www.ras.ru/ktsiolkovskyarchive/5_actview.aspx?id=1590).